Кардиореволюция

cardrev.jpg

Всего несколько лет потребовалось московским врачам, чтобы до неузнаваемости изменить систему помощи больным с инфарктом миокарда.

В результате, как заявил глава департамента здравоохранения Алексей Хрипун на Московском урбанистическом форуме, смертность от этого грозного недуга снизилась вдвое – до 6,2 процента. Для сравнения: в США и Западной Европе этот показатель составляет от 5 до 7 процентов. Но там современные принципы лечения инфаркта внедрялись значительно дольше - с конца 1990-х годов.

Мы порой ностальгируем по советской медицине. Вспоминаем ее достижения, например, доступность стационарной помощи. Больниц было много, в них лежали часто и подолгу. Тот же инфаркт лечили несколько месяцев – столько требуется для рубцевания сердечной мышцы. И все это время – строгий постельный режим. Потом больного отправляли в санаторий. Смертность в 30 процентов считалась нормой. А выжившие косяком шли на инвалидность из-за осложнений.

Можно ли назвать такую модель здравоохранения качественной? Наверное, да – но только для того уровня развития медицины. Но сегодня сама жизнь диктует реформы. Не нужны штабеля коек, на которых больные просто лежат, трижды в день принимая таблетки. Нужна эффективная высокотехнологичная помощь. И лучшей иллюстрацией успеха таких реформ является создание в Москве инфарктной сети.

Кардиореволюция началась почти что с нуля. В столице действовал один-единственный центр интервенционной кардиологии с поставленными на поток шунтированием и стентированием. Еще в нескольких клиниках имелся потенциал для этого. Для многомиллионного мегаполиса требовался совсем другой уровень. И за несколько лет были открыты порядка тридцати круглосуточно работающих сосудистых центров. За хирургическое лечение инфаркта клиника стала получать в шесть раз больше, чем за привычную консервативную терапию (раньше платили одинаково).

Другой важнейший компонент успеха – тщательно продуманная и отлаженная логистика. Врачи «скорой помощи», поставившие диагноз (норматив – десять минут), везут больного в тот центр, где свободен операционный стол. От первого контакта с больным до введения в закупоренную артерию спасительного баллона должно пройти не больше двух часов. Это международный стандарт. Московские кардиологи порой укладываются и в 60-70 минут – спасибо департаменту транспорта за выделенные полосы на дорогах, с пробками кардиореволюция была бы просто невозможна.

Уже в 2013 году оперировали 30 процентов больных с инфарктом. А сегодня сразу по поступлению в стационар оперируют до 90 процентов. Это не только снижает смертность. Благодаря быстрому «открытию» закупоренной артерии резко уменьшается площадь инфаркта. И через неделю после сердечной катастрофы люди выписываются домой. Им надо пить таблетки, следить за давлением и холестерином, но это жизнь практически здорового человека!

Да, больничных коек в Москве стало, наверное, меньше. Но они работают с совсем другой интенсивностью. И деньги, прежде тонким слоем размазывавшиеся между малоэффективными лечебными учреждениями, шедшие на коммуналку и питание больных (старики даже ложились в больницу, чтобы сэкономить пенсию), теперь действительно лечат. За то время, что в Москве смертность от инфаркта снизилась вдвое, по России в целом она уменьшилась на 17 процентов. Сосудистые центры строятся по всей стране, но больше пока нигде система оказания помощи не работает столь безукоризненно, в полном соответствии с мировыми стандартами. Впрочем, на горизонте появился новый ориентир: в Израиле смертность от инфаркта всего 4,2 процента. Так что успокаиваться столичным медикам рано.

Источник

21.07.2018

Важно! Мы используем файлы Cookie для лучшей работы сайта. Если вы продолжите использовать сайт, мы будем считать, что вас это устраивает.